Слово «кратер» звучит знакомо, но само явление удивительно редко: замкнутая долина, возникшая не от удара метеорита и не от вулкана, а от медленной эрозии длиной в миллионы лет, вымывшей мягкую породу под твёрдым верхним слоем, пока тот не обрушился внутрь. Результат — геологическая форма, почти не существующая за пределами Негева и Синая, и по сей день ивритский термин «махтеш» используют исследователи всего мира. С воздуха видно то, чего не увидеть с земли: форму целиком, крутые стены, замыкающие закрытую долину, словно окно, распахнутое в недра земли.

Крупнейший из всех — махтеш Рамон: около 40 километров в длину, и городок Мицпе-Рамон стоит прямо на его кромке. Внутри обнажаются слои пород таких цветов, что трудно поверить в их природное происхождение: от красного и лилового до жёлтого и зеленоватого, следы древних песков и давних вулканических извержений. Полёт вдоль махтеша — живой урок геологии без единого слова.

К северу от него — Нахаль Цин: большой каньон, пересекающий Негев, широкое ущелье светлых известняков, которое в утренние и вечерние часы окрашивается в розовый и персиковый. На обрыве над ним стоят Сде-Бокер и институт Бен-Гуриона — место, которое Давид Бен-Гурион выбрал для последних лет жизни и где он похоронен, лицом к одному из красивейших видов страны. С воздуха этот выбор становится понятен.

И эта пустыня не всегда была пуста. Две тысячи лет назад её пересекал Путь благовоний: верблюжьи караваны набатеев везли мирру и ладан из Аравии к средиземноморским портам. Основанные ими по пути города — Авдат, Шивта, Мамшит и Халуца — стоят до сих пор и признаны объектом Всемирного наследия ЮНЕСКО. С воздуха видишь то, что видит только птица: точки древней цивилизации, соединённые невидимой линией, в сердце одной из старейших пустынь мира.

Тишина, простор, краски и миллионы лет геологии. Негев с воздуха — другая страна.

Полёт «Негев и махтеши»: ландшафт, которому нет равных в мире.טיסת הנגב והמכתשים: נוף שאין דומה לו בעולם.